Tkpled.ru

Узористый проект

Эргативные языки выделяются на основе, эргативные языки это, номинативные и эргативные языки, эргативные языки, эргативные и номинативные языки
Лингвистическая типология
Морфологическая
Аналитические языки
Изолирующие языки
Синтетические языки
Флективные языки
Агглютинативные языки
Полисинтетические языки
Олигосинтетические языки
Морфосинтаксическая
Морфосинтаксическое кодирование
Номинативная
Эргативная
Филиппинская
Активно-стативная
Трёхчленная
Типология порядка слов

Эргати́вные языки́, или языки эргативной типологии (от др.-греч. ἐργάτης «деятельный, действующий») — языки, в грамматике которых доминирует не противопоставление субъекта и объекта, проводимое в языках привычного нам номинативного строя, а противопоставление так называемого агенса (производителя действия) и пациенса (носителя действия).

  • Номинативная конструкция:
Вася (им. пад. субъект) имеет книгу (вин. пад. объект).
  • Эргативная конструкция:
У Васи (косв. пад. субъект) есть книга (им. пад. объект).
В русском языке похожая конструкция возможна с использованием инструменталиса (творительного падежа) и пассивного залога:
Собакой (ERG.) кошка (NOM.) поймана
Собака (NOM.) спит
В нахско-дагестанских языках подлежащее переходного глагола оформляется эргативом, иногда выполняющим функции инструменталиса (т. н. совмещающий эргатив)

Если в номинативных языках основная форма выражается именительным падежом (номинативом), то в эргативных языках основная форма выражается абсолютивным падежом, а косвенная — эргативным.

Лексически эргативный строй проявляется в распределении глаголов на агентивные («переходные») и фактитивные («непереходные»). В синтаксисе эргативный строй выражается корреляцией эргативной и абсолютной конструкций предложения, а также специфическим составом дополнений. Эргативная конструкция характеризуется особым обозначением субъекта переходного действия при форме его объекта, совпадающей с формой субъекта непереходного действия.

Сравните аварское ди-ца бече б-ачана 'я теленка пригнал' (эргативная конструкция), но бече б-ачана 'теленок пришёл' (абсолютная конструкция). Для морфологии характерно наличие эргативного падежа, противопоставленного абсолютному. Оба падежа передают субъектно-объектные отношения синкретически: эргатив имеет функцию субъекта и косвенного объекта (часто — инструмента действия), а абсолютив — функцию субъекта и прямого объекта. При отсутствии в языке системы склонения эти функции выполняют две серии личных показателей в глагольном спряжении — эргативная и абсолютная[1]. Эргативность накладывает свои ограничения и на фонологию, синтагматику языка. Эргативный строй характерен для баскского, большинства кавказских, отдельных древневосточных языков, бурушаски, для многих папуасских, австралийских, чукотско-камчатских[2], эскимосско-алеутских, индейских языков. Эргативность зафиксирована во многих языках различной генетической принадлежности, находящихся на различных континентах (единственным исключением на сегодняшний день является Африка, в языках которой эта конструкция отсутствует).

С позиций синтаксиса русского языка эргативность невозможна, хотя её можно сопоставить с пассивной конструкцией типа «Отец матерью приведен». В русском языке пассивная конструкция является производной и противопоставлена активной: «Мать привела отца». Тогда как в эргативных языках такое противопоставление невозможно. Сравните в арчинском языке: buwa-mu dija o-w-ka (МатьII-ERG отцаI-NOM привелаI).

Содержание

Теория эргативности

В течение длительного времени лингвисты Г. Шухардт, И. И. Мещанинов[3], Г. А. Климов[1], Р. Диксон, Ф. Планк, А. Е. Кибрик[4][5] пыталась построить теорию эргативности и ответить на вопрос: благодаря каким факторам многие языки независимо друг от друга используют эргативную стратегию организации базового предложения?

Эргативные языки синтаксически чрезвычайно разнообразны. Так, если в одних языках (например, в нахско-дагестанских) эргативная конструкция является жестким способом кодирования ядерных актантов, зависящим исключительно от управляющих свойств глагола, в других языках (например, в картвельских, индийских, и в частности в хинди) она ограничена обычно планом прошедшего времени (наоборот в эргативном баскском языке в части форм прошедшего времени возможны номинативные конструкции)[6], в третьих (в чукотско-камчатских, австралийских языках) эргативная конструкция при переходных глаголах допускает преобразование, аналогичное пассиву аккузативных языков.

Примеры:

  • в грузинском языке:

ბიჭმა შეჭამა სადილი [бич-ма шечама садил-и] — мальчик съел обед;

ბიჭი ისვენებდა [бич-и исвенебда] — мальчик отдыхал. (В первом случае «мальчик» стоит в эргативном падеже, во втором — в именительном, который является для грузинского языка основным).

  • в хинди:

Raam ciTThii likhtaa hai [Рам письмо пишет] (субъектное согласование, номинативная конструкция);

Raam ne ciTThii likhii [Рам письмо написал] (немаркированное прямое дополнение, объектное согласование, эргативная конструкция);

Raam ne ciTThii ko likhaa [Рам письмо написал] (маркированное «дативное» прямое дополнение, нейтральная конструкция, эргативная конструкция).

Если в одних эргативных языках наблюдается сходство синтаксического поведения номинатива непереходного глагола с субъектом (в терминах номинативных языков), то в других языках такого сходства не наблюдается. Наконец, более детальное описание ряда языков, относившихся ранее к эргативным, показало, что не во всех из них реализована именно эргативная конструкция. Кроме аккузативной и эргативной, возможны и другие конструкции, в частности активная и трёхчленная, при которой для оформления ядерных актантов при переходных и непереходных глаголов используется не две, а три различных кодировки.

Эргативность и когнитивность

Эргативная конструкция может иногда сочетаться с автономным кодированием значений других когнитивных сфер. Например, в цахурском языке наряду с эргативной конструкцией имеются специальные форманты для выделения смыслового ударения (актуального членения предложения). Например:

maIhamad-e: Xaw alyaʔa-wo-d (Магомед-ERG дом. IV.NOM строить-COP-IV) то есть именно строит (не ломает).
maIhamad-e: Xaw-wo-d alyaʔa (Магомед именно дом, а не что-то другое строит)
maIhamad-e:-wo-d Xaw alyaʔa (Магомед, а не кто-то другой дом строит).

Однако кодирование значений ролевой и когнитивной сфер может быть и кумулятивным. В переходном предложении пациенс (или, точнее, актант с гиперолью абсолютива) обычно совпадает с ремой (грубо говоря, частью предложения, несущей новую информацию) и центром внимания. Если в некотором реальном предложении дело обстоит именно так, то используется обычная эргативная конструкция. Если же, однако, центр внимания смещается на агенс, то предпочтение при кодировке отдается не ролевому, а коммуникативному значению данного актанта, и имя в эргативе перемещается в позицию абсолютива, то есть имеет место залоговое преобразование, называемае антипассивом (иначе «косвенно-переходная» конструкция, когда подлежащее стоит в абсолютном падеже, глагол семантически переходный и морфологически переходный, прямое дополнение — в инструменталисе). Такое явление представлено, в частности, в австралийском языке дирбал. На материале этого языка было впервые описано явление т. н. «расщиплённой эргативности»).

ba-yi yaryai baninyu ??? dygumbi-r yu balgan (CL-NOM.I мужчина. NOM приходить CL-ERG-II женщина-ERG бить «Мужчина пришел и был побит женщиной»/
Ba-yi yaryai baninyu bagun dyugumbil-gu balgal-nga-nyu (CL.DAT.II женщина-DAT бить-ANTIPASS-TENSE «Мужчина пришел и побил женщину».
Из сравнения предложений оригинала с их русскими переводами видно, что там, где в дирбале представлена активная форма глагола, в русском употреблён пассив, и наоборот, там, где в дирбале антипассив, в русском переводе — глагол в форме активного залога.

Дирбал является примером «синтаксически эргативного языка». некоторые другие языки с эргативной конструкцией могут на синтаксическом уровне вести себя аккузативно, то есть иметь синтаксические правила, ориентированные на субъект, аналогично европейским языкам. К таким языкам относится, например, папуасский язык энга, который является «морфологически эргативными», но «синтаксически аккузативными».

При отсутствии эргатива и падежей вообще абхазский язык всё-таки относят к эргативным, поскольку эргативной, номинативной, дативной и поссесивной конструкциям в этом языке соответствует варьирование классно-личных префиксальных морфем в структуре глагола, выступающего в качестве целого предложения: С-ла Кама и-л-г-еит (моя-собака Кама оно-она-брать-показатель времени) «Мою собаку кама взяла»; и-б-сы-рб-оит < иара+бара+сара+… (это-тебе(ж.)-я-показываю); и-с-би-рб-оит (это-мне-ты(ж.)-показываешь).

Эргативность и фонология

Считается, что эргативность накладывает определенные ограничения и на фонологическую синтагматику языков[7].

Остатки эргативности в русском языке

К эргативным в русском языке можно отнести некоторые синтаксические конструкции, распространенные в северорусских говорах, разговорной речи и канцелярите[8].

Примеры:

  • В северорусских говорах: а) с переходными глаголами: На кухне нельзя ни на минутку оставить ничего: у кошки уже стащена рыбина (то есть «кошка стащила рыбу»); Я по пути зашла бы за хлебом, да у меня денег было мало взято; б) с непереходными глаголами: Тут у трактора пройдено; У автомобиля идено; У них уехано в город; У волков здесь хожено[9][10].
  • Разговорная речь: У меня в комнате убрано; У него прочитана уже вся литература.
  • В канцелярите, в журналистской речи: Мной был подписан указ; Нами было принято решение; Депутатом поставлен вопрос; Боевиками совершено нападение на блокпост.

См. также

Примечания

  1. 1 2 Климов Г. А., Очерк общей теории эргативности, М., 1973
  2. А. П. Володин, П. Я. Скорик, Чукотский язык // Языки мира. Палеоазиатские языки. — М., 1997. — С. 23-39
  3. Мещанинов И. И., Эргативная конструкция в языках различных типов, Л., 1967
  4. Кибрик А. Е., Материалы к типологии эргативности. — Предварительные публикации ИРЯ АН СССР. Вып. 126—130, 140—141. М., 1979—1981
  5. Кибрик А. Е., Эргативная конструкция предложения
  6. Зыцарь Ю. В., Баскский язык // Лингвистический энциклопедический словарь, М., 1990
  7. Климов Г. А., Эргативный строй // Лингвистический энциклопедический словарь, М., 1990
  8. Сигорский, А. А., Хинди и русский в зеркале друг друга: некоторые аспекты грамматики и функционирования // Лингвострановедение: методы анализа, технология обучения. Третий межвузовский семинар по лингвострановедению 8-9 июня 2005 г. Ч. 1 Языки в аспекте лингвострановедения. Отв. ред. : Л. Г. Веденина. МГИМО-Университет, 2006, 220 с.
  9. Маслов Ю. С., Очерки по аспектологии, Л., 1984
  10. Кузьмина И. Б., Немченко Е. В., Синтаксис причастных форм в русских говорах, М., 1971

Эргативные языки выделяются на основе, эргативные языки это, номинативные и эргативные языки, эргативные языки, эргативные и номинативные языки.

Абьяни, Гутман, Абрам Ефимович, Хиггсовское поле, Храпатый, Анатолий Михайлович, Брахмастра.